Маленькое эссе. В комментах.

Маленькое эссе. В комментах.

-Извини, я опоздала. Трамваи плохо ходят.
-Да ладно, ничего страшного.

Пауза. Испытующее глаза-в-глаза. Поиск слабины, почти погасшей тени прошлого. Чтобы злорадно усмехнуться, мысленно ткнуть носом и прикрыть свое, незажившее спасительным «я сильнее». Он изменился. Чужое появилось в глазах, жестах… Упрямая напускная жесткость, четко прорисованное безразличие, без которых было бы в тысячу раз сложнее жить дальше. Мне проще. Я не одинока. Я никогда не была одинока, кроме разве что той моей части, которая живет в своем собственном безлюдном мире. Я могу позволить себе улыбаться ему в глаза, физически чувствуя, какую боль я причиняю ему своим теплом и своим нынешним счастьем.
Дыхание замерзает на губах, превращаясь в клочья тумана, оседает на меховом воротнике пальто. Я улыбаюсь, и ловлю в ответ его улыбку. Между нами ледяной воздух, на расстоянии руки – снежинки падают ему на плечи. Стоим, не шевелясь, не перешагивая, не делая ни одного движения навстречу.

-Пойдем?
-Пойдем.

Стеклянная дверь кофейни впускает нас в теплое ароматное гнездо, свитое из случайных прохожих, жареных зерен и французских десертов. Столик у окна, как я всегда любила. Выверенные до миллиметров движения, сумочка на соседний стул, прядь волос за ухо, фальшивый взгляд на часы, в окно, на него.

-Что будешь?
-Пока не решила.

Взглядом по строчкам меню, не разбирая букв. Смысл этой встречи… Доказать себе и друг другу, что сильные, что друзья, что можем вот так вот, встретиться за столиком в кафе и болтать о пустяках. А пропущенные звонки – что ж, телефон разрядился/лежал в куртке/был с отключенным звуком… А не поздоровалась? Так занята была, спешила, не заметила… Помню ли? Да, помню. Все, до последнего вздоха, жеста, слова. Но не хочу вспоминать.
Помнишь наши обещания друг другу? Ты обещал мне елку на новый год, а я тебе – иногда приходить в гости и варить тебе свой знаменитый борщ. Маленькие такие лазейки, притворялись, что не теряем друг друга, что вроде бы вместе, но иначе… И заснеженная набережная, и как-нибудь вдвоем на вершину песчаной горы, как тогда… И на коньках, под снегопадом, словно все как прежде, только друзья. Цеплялись за эти пустые и нелепые обещания, хватая воздух, как рыба, выброшенная на берег.
И вот теперь я складываю буквы в слова, выбирая себе кофе, и боюсь смотреть тебе в глаза. Боюсь увидеть там то, что я итак знаю, что не нужно говорить – оно само кричит за себя и о себе. А я не могу, не умею не слышать. Как всегда, хочу поверить, что всё, что справились, что тихо и ровно, но нет, я вижу – нет. Ничего не зажило, только залито водкой и обуглилось от сигаретного дыма, а шрамов все нет, и рана открывается снова.

-Латте.
-Ммм, хорошо. Два латте и сэндвич с индейкой.

Улыбаюсь. Это мое любимое занятие.

-Ты не против, если я покурю?
-Да нет, конечно, кури.

Огонек зажигалки на миг освещает его лицо, резко вычерчивая какие-то новые морщинки, тени под глазами. Усталость…

-Ну рассказывай, как ты?
-Все хорошо. А ты?
-Лучше всех, как всегда.

Официант приносит спасительный кофе. Сосредоточенно пьем, каждый буквально спрятался за своим бокалом. Оправдание повисшей над нами тишины. Заполненная пауза, как в театре. За окном снег. Мостовая подо льдом, присыпана белой крупой, и редкие голуби важно вышагивают по неровному камню в попытках отыскать что-то съедобное. Мимо спешат люди, и у каждого за плечами сотни дней, ночей, слез, улыбок, новостей – плохих и хороших. Любят, ненавидят, боятся, сомневаются… Жизни. Судьбы. И мы за маленьким столиком.
Мы, поделенные на «он» и «она».

-Холодно сегодня.
-Ну да, пора бы, все-таки февраль.
-Вчера вроде было теплее.

Смотришь на меня. Пристально, сквозь сигаретный дым, чуть прищурив глаза. А помнишь, как мы выходили с тобой на балкон под утро, заполняя его сладким вишневым дымом? И казалось тогда, что не может быть счастья большего, чем наблюдать за пустой улицей и кошкой, играющей под одиноким желтым фонарем. А потом вдруг наступила осень.

-Послушай…
-Да?

Теплый воздух из кондиционера шевелит его волосы. Как тогда, на берегу, хмурым летом, у ровного водяного овала.

-Может быть, я скоро уеду в другой город, работать. На пару лет.
-Ух ты, здорово! Далеко?
-Далеко, в Ростов-на-Дону. Но это еще не окончательно.
-Ну что ж, я очень за тебя рада. Правда.
-Правда?

Перекресток стрел, выпущенных зрачками. Голос, его голос в моей голове, сотни вопросов, на которые стоило бы ответить полгода назад. А сегодня ответы глупы и бессмысленны. Да, я рада за тебя. Я хочу, чтобы все получилось, ты этого, наверное, заслуживаешь. И я хочу для тебя много-много добра. Ты видишь? Веришь?
Из колонок льется тихая и печальная песня, пахнущая лесом и солнечными бликами на листве. И почему-то хочется улыбнуться тебе. Вместо глупых разрозненных слов, вместо вымученных диалогов и свинцового молчания. Нас разделяет больше, чем этот столик. Больше чем столб атмосферы весом в сколько-то там тонн. Больше, чем полметра. Я стою у открытой двери, за которой не большой и не маленький – важный отрезок жизни. Я закрою глаза и надышусь порывами ветра оттуда, из прошлого, из наших лет и зим, из нашего недорисованного будущего и недостроенного дома. У тебя так много лиц, и одни глаза. И в этих глазах я сейчас могу прочесть больше, чем было когда-то сказано, как в открытой книге. Но эту книгу я больше в руки не возьму.

Я улыбаюсь тебе краешками губ.

-Правда.

Глоток.

-Ладно. Ты знаешь, мне пора.
-Серьезно? Жаль… Ну пока.
-Пока.

Прикосновение холодных губ к щеке. Сломанная сигарета и пустой бокал.

-Алло. Да, любимый. Нет, все в порядке. Да, скоро буду дома. О, снег кончился… Давай встретимся на набережной, погуляем?

Класс!)))))))))))

цепляет....

Если бы я собирал цитаты, обязательно бы тут нашёл пару-тройку, которые можно записать :)

Мне кажется.. при большой любви, хорошими друзьми стать нельзя. Это только с теми получается, кого не особо то и любил...

Люка
ответом на этот вопрос было..

СырК
ты прав, пожалуй

не получится. Не бывает так.